Среда, 20.09.2017, 10:01
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории раздела
Творчество друзей сайта [23]
Творчество владельцев интернет-ресурсов, разместивших ссылки на наш сайт
Творчество пользователй сайта [163]
Творчество зарегистрированных на сайте пользователей не членов СКП
Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Отчёты СКП
Отчёт работы СКП в 2011 г

Отчёт работы СКП в 2012 г.

Отчёт работы СКП в 2013 г.

Отчёт работы СКП в 2014 г.
Карта посещений
В контакте


 
Рекламный блок

GISMETEO: Погода по г.Кемерово

Rambler's Top100

Яндекс цитирования

Пишите нам:
SKP_Kuzbass@mail.ru

Skype (админа):
rv9uie411


Главная » Произведения » Творчество друзей и пользователей сайта » Творчество пользователй сайта

Непокорённые.
Как-то сын с отцом шли в направлении базара. Предметом заботы отца были туфли жены и свои ботинки. Под носились. Послевоенная бережливость сказалась - проще, вроде бы, купить новые, ан нет, надо доносить старое.
Базар был недалеко и отец шёл не поспешая. Его веселило стремление сына узнать обо всём, на что ложился глаз.
- Папа, а это, как иё, чё за машина? - и папа отвечал ему: это легковая, на ней возят людей, а называется она "Победа". И малыш, часто переставляя ножки, направлялся в сторону "Победы" посмотреть вблизи на огромную машину и обязательно, - тут уж никуда не денешься, - потрогать её руками, а затем, обежав кругом, вернуться к отцу с вопросом очередным.
- Папа, а это, как иё, лошадь, как иё, как у дедушке Яши, что ли? Иё, как иё, что ли Хмурой зовут? - и папа опять пускался в пространные объяснения: лошадей, мол, много и эта слегка лишь схожа с дедушкиной, а зовут её и не обязательно Хмурой. Она может быть и Савраской, и Сивкой, и много у них, лошадей, бывает имён, но точь в точь, как у людей и то, подходить к ней и трогать не надо, возможно ей это не понравится, а когда животному что-то не нравиться, то оно может и лягнуть, и укусить, если это собака, и клюнуть, если это петух, а то и забодать, если это корова.
Так они шли: он познавая мир, отец - объясняя его место в этом мире. И казалось малышу, отец знает всё. И не подозревал он: спроси отца о людях, сидящих у стены напротив базара, у стены глухой, за коей находилась небольшая мебельная фабрика, о людях, у которых не было руки или ноги, спроси о них, людях странных, неухоженных до безобразия, людях, валяющихся в пьяном угаре, кто прямо с утра, а кто и ближе к вечеру, несмотря ни на какую погоду и крутящихся около них не понятно каких женщин - что это такое и отец его в полном объёме не смог бы объяснить не только ему, но во многом и себе.
- Пацан твой? - человек спросивший, был без обеих ног с сиплым, простуженным голосом. Когда-то массивный, теперь беспомощно сидевший на самодельных, допотопных салазках, - хорош!
Он долго рассматривал представленные туфли, делая замечания в отношении их качества, постукивал по подошве. Шевелил, пробуя на крепость, каблуки.
- Да-а, придётся повозиться, - пол дяди сплюнуло сквозь зубы в сугроб и положило обувку на ящик из-под вина, служивший ему столиком.
- А ты... - он посмотрел снизу вверх на Михаила, - дорого не возьму. Вон, Ванька Костыль, - пол дяди показало на человека с протезом, валяющегося с задранными штанами у своего "столика", вокруг которого копошились полупьяные инвалиды, отгоняемые хмельной женщиной, орущей: "Я вас, суки. Отойдите, падла. Я сама справлюсь", - он, тварь, сёдня заработок, чтоб его черти взяли, забрал мой. Двоих перебил. Не могло его, суку, на фронте убить!
Отец Коли стоял молча. Неприятным было для его молодых лет такое слышать. Коля же с детским без стеснительным любопытством в лоб разглядывал обиженного пол дяди, отвернувшись не надолго на тот момент, когда происходила "погрузка" Ваньки Костыля на подкатившую откуда весть подводу.
- Да что вы укрываете паскуду? Пусть, тварь, околеет, - этими словами малыш был отвлечён от дальнейшего наблюдения за Ванькой Костылём. Он снова углубился в изучение дяди без ног. Тот напряжённо вглядывался в Михаила и уже без какого-либо озлобления спокойно давал наказ.
- Дорого, я говорю, не возьму. Сходи-ка, милок, в магазин, купи хлеба и четок. А сынок твой - ну-ка, иди сюда, пострел, - побудет со мной, - он притянул не сопротивлявшегося Колю к себе и посадил на культи. - Сначала погреемся, - инвалид поднял голову, - озяб... Иди, иди. Ты должен доверять солдату. Принеси хлеба и четок. Я починю тебе обувку, избавлю от забот.
Дядя со знанием дела взял через малыша небольшой молоточек, сунул несколько сапожных гвоздиков в рот, надел Михаилов башмак на "лапу" и, бросив взгляд вверх, быстро прошепелявив: "Иди, иди", - принялся за работу, разъясняя по ходу ребёнку что, как и зачем надо делать...
- Ну давай, малец, - дядя был в настроении, а его решение целиком зависело от появления Михаила.
- Взял? - глаза его выразили бешеную радость. - Вторая, - довольно пояснил он. - Если бы... - он выставил левую руку и тыльной стороной правой со смаком стукнул по ней. Раздался шлепок. - Сука, не довезли бы его, Костыля этого. Эй, Комолый, тащи гармониста, хватит ему распинаться. Во как надо зарабатывать, - он поднял над головой взятые у Михаила булку хлеба и четок. - Не в Морфлот надо было рваться ему, а в пехоту, как я: не так был бы беспомощен.
Все трое: хромой, слепой и пол дяди весело рассмеялись. Но не смеялся Михаил.
Пол дяди откуда-то из-за ящика достал кусок замусоленного солёного сала, потёр его о рукав шинели, - видимо очищая от каких-то крошек, - и мороженную луковицу. Всё это разложил на импровизированном столике. Достал стакан.
- Чёрт, заплутал, что ли? Ведь светло ещё, - обратился он к человеку на ощупь пробиравшегося к нему.
Коля тогда не способен был разобраться в свойствах русской души. Только с годами поймёт, что чем более горе у русского человека, тем жёстче его шутки в отношение своего положения. Это только русский человек может так подшучивать над собою.
- Пойдём, сынок, - прошептал нагнувшись отец сыну.
Михаил планировал ещё зайти на базар. Особой надобности не имелось. Так просто, по любопытничать. Но настроение его резко упало и он поторопился домой. Его уже не забавляло балагурство сына. Он шёл и в душе его сидела обида за тех, кто вынужден был заниматься сапожным промыслом. Сколько их здесь, искалеченных войной. А сколько по всей стране. Ведь не будь её, войны, сидели бы они тут? Наверняка кто-то из них выращивал бы хлеб, кто-то работал бы на заводе, а кто-то, возможно, и инженерную специальность приобрёл бы. Перспективные были люди. И вот поди же ты. Они здесь. Глубокие инвалиды, заслуженные люди, униженно зарабатывают себе на кусок хлеба. Отчаяние их велико. Они понимают всю трагичность своего положения, потому и размачивают хлеб горькой. Она в ходу среди них. Кто пьёт от безнадёжности, а кто и с сознанием того, что быстрее бы туда, где никто и ничто не беспокоит, в тот мир, которого так боялись по своей глупости а фронте, где покой и блаженство. У каждого из них был и любимый человек. Многие из них могли бы стать хорошим мужьями. Увидели бы своих детей от своих любимых. Но где это всё? Этого нет. Этого никогда не будет!
Ослабленное государство не способно было дать им нормальные условия для достойного существования, да, честно говоря, и не стремилось к этому. Слишком их много. Все это понимали. Все с этим мирились.
Категория: Творчество пользователй сайта | Добавил: Анатолий (19.09.2015) | Автор: Раев Анатолий Михайлович.
Просмотров: 161 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Корзина
Ваша корзина пуста
Поиск
Рекламный блок





Помоги сайту

Помоги сайту
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку


Webmoney :
 R374164181326

Наши партнёры












Одноклассники



Внимание конкурс!
  Литературный конкурс от СКП «Хрустальное перо»

Положение конкурса

Реквизиты счёта для оплаты участия в конкурсе

Фестиваль "Дружба"
г. Междуреченск

Положение фестиваля

Конкурс-фестиваль
"Зори над Томью" 2015

Фестиваль-конкурс
"Кузбасский зимородок"
2015

Поэтический фестиваль 
"Осеннее многоцветье"
2017




Copyright Igor Dergousov © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz